Смертная казнь через изолятор

400 камер "Матросской тишины" - дом родной для 5670 наших сограждан. А рассчитана-то тюрьма на 2650 заключенных. Народ там разнообразный: от карманников до убийц. За бронированной дверью помещение, где на двухъярусных нарах практически плечом к плечу сидят узники. Камеры немаленькие, но рассчитаны человек на тридцать, а в каждой - не меньше 70-80, а где и 90 человек.

Стрессовая обстановка в СИЗО убивает всякую сопротивляемость к болезни. Ведь даже спят там по очереди, поскольку нет собственных нар. Кормежка скудная. "Усиленное" питание больных можно назвать таким только в сравнении с общим пайком.

Логическое продолжение нечеловеческой тесноты следственного изолятора - туберкулез. Один больной с открытой формой туберкулеза способен заразить 10-15 человек. В переполненных тюрьмах эта цифра в 40-50 раз больше. А ведь "с воли" приходит не один туберкулезник - без малого 40% граждан, поступающих в "Матросскую тишину", заражены палочкой Коха. Многие из люмпенизированных личностей только и узнают о своей болезни в столичном СИЗО. Сегодня в переполненной втрое тюремной больнице содержатся более 400 туберкулезных больных. Если необходима операция, отвозят под конвоем в городскую больницу. Гораздо хуже, когда по приговору больных надо перевозить в назначенные им колонии. Дальнюю дорогу многие не переносят. И в пункте назначения их уже не в силах вернуть к жизни ни лекарства, ни усиленное питание.

- Многие из сидящих в камерах совершили серьезные преступления, но ведь больные они, и кто-то им должен помочь, - объясняет свою работу в тюрьме Маргарита Константиновна - врач-фтизиопульмонолог, капитан внутренней службы. - Меня больше угнетает не страх - заключенные к врачам относятся уважительно, со мной ни разу неприятностей не случалось. Угнетают людские страдания и то, что помочь часто не в силах - не хватает медикаментов, лекарств.

Зарплата тюремного медперсонала не менее печальна, чем участь заключенных. Врач-фтизиатр получает две тысячи рублей в месяц, медсестра - тысячу. При этом - постоянная опасность заражения, что и происходит время от времени. Изолятор не в состоянии даже приобрести для своих сотрудников дополнительную униформу. Средства защиты от туберкулеза у медиков народные - лук и чеснок. Положенные им льготы - 15 дней к отпуску с частичной оплатой пребывания в санатории, как для всех военных. Но и этого они, возможно, скоро лишатся. Для многих туберкулез - заболевание, сопутствующее СПИДу. Сегодня в больничных камерах "Матросской тишины" 40 больных с иммунодефицитом. ВИЧ-инфицированных - 139. Больными они не считаются и содержатся не в лазарете, а в изоляторе. Правда, в отдельных камерах.

Лук и чеснок - защита от болезни не только для врачей, но и для заключенных. В передачах "с воли" этих витаминных овощей - мешками. Еще, заметила, очень много яблок - красивых, южных. Принимают передачи по 40 кг раз в месяц. Для больных - еще плюс 15 кг. Пожалуй, пункт приема передач - самое душераздирающее зрелище во всей тюрьме. На эту скорбную толпу с огромными сумками, авоськами нельзя смотреть без содрогания. Не дай-то Бог вот так, не дай-то Бог... Жалоб тюремному начальству больше всего отсюда - передачи оборачиваются днем мытарств. Но начальник тюрьмы Петр Павлович Прокопенко твердит одно - нет дополнительных ставок приемщиц.

Передавать можно продукты, одеяла, теплую одежду. Нельзя - наркотики, спиртное, книги. Книги - потому что там между строк можно сообщить что-нибудь крамольное. Пойди проверь каждую страницу! Четыре приемщицы и так с трудом справляются - две взвешивают кули, две в соседней комнате режут на кусочки сало, сыр, копченую колбасу, даже мыло - нет ли наркотиков. Случается - находят. Камера - семья. Передачи делятся на всех.

На тюремном пайке не зажиреешь. Чего можно наесть на 17 рублей в день - понятно. Каш, правда, вдоволь: "шрапнель" - перловка, пшено, овсянка, ячневая, пшеничная. Риса и гречки нет - дорого для тюрьмы. Из денег, положенных на ежедневное довольствие для каждого заключенного, госбюджет оплачивает около 7 руб., остальное пенитенциарная система зарабатывает сама. Изоляторы, конечно, в этом участия не принимают. Правда, "Матросская тишина" хлеб выпекает самостоятельно.

Уже несколько месяцев обитания в стрессовой ситуации следственного изолятора делают многих инвалидами тела и духа. А следствие длится не месяц, а год, и два, и три. Рекорд "Матросской тишины" - семь лет. Человек все это время сходит с ума и медленно умирает на одном тюремном квадратном метре. А еще считается, что у нас нет смертной казни. Есть. Через изолятор.

Ирина Кочетова, АиФ